Дмитрий Выхин. Официальный сайт.
Дмитрий Выхин. Официальный сайт. Дмитрий Выхин. Официальный сайт.
Дмитрий Выхин. Официальный сайт.
Дмитрий Выхин. Официальный сайт. Дмитрий Выхин. Официальный сайт. Дмитрий Выхин. Официальный сайт.
Дмитрий Выхин. Официальный сайт. Дмитрий Выхин. Официальный сайт. Дмитрий Выхин. Официальный сайт.
Дмитрий Выхин. Официальный сайт.
Мини-блог | Главная | Читать | Отзывы | Песни | Промо-акция  
 

ОТДАТЬСЯ ВОЛНАМ (7-9)

***

    Где-то вдали, возможно на колоколенке монастыря, пробили колокола. "Там, там, там", - объявили они на всю округу. Потом был один удар, потом четыре: "Там, там, там, там". Анне показалось, что это звонит набат за упокой ее души. Темнота в этих краях уходит так же быстро, так же неизбежно, как приходит. Но эта ночь, видимо, решила продлиться дольше обычного. Так, во всяком случае, решила Анна. Они спустились к реке, вернее сказать, очутились у тихой воды, и Джамаль сказал, что это река называется Иордан, и это та самая река.


    Совсем иначе представляла ее Анна, постигая один за другим параграфы Пятикнижия. Она представляла полноводную бурлящую реку, а круг нее чудесную горную страну, усаженную гранатовыми деревьями, шафранами, густыми виноградниками и персиковыми садами, долину, где в избытке произрастают мандрагора и прочие коренья. И этот волшебный парадиз делит надвое буйная лента реки.


    Молодые люди вошли в реку, растревожив седой покой. Всплеск ледяной воды смешивался с криками восторга. Анне уже не было больно и страшно, девушка стала принадлежать ему бесконечно и безусловно, оттого ей казалось, что с того момента прошло не несколько часов, а несколько дней. Анна обсохла в горячих струях дыхания Джамаля, потом они укрылись мягкой шерстяной верблюжьей попоной, которая словно по волшебству появилась в руках парня. И снова они, потеряв чувство меры, сплелись в диком кружеве любви. Лишь изредка прерывали они наслаждение, чтобы насытиться гранатом, виноградом и апельсинами, в избытке произрастающими в здешних краях.


    Джамаль не уставал читать возлюбленной рубаи собственного сочинения, и оказалось, что их у него в запасе несметное количество. Первые поэтические опыты его были неуклюжи, и великие поэты, конечно, отругали бы молодого сочинителя за столь неловкий слог, но Анна ничего такого не замечала. Детские, неграмотные, но прекрасные строки казались Анне не менее великолепными, чем строки библейские. Ей никогда прежде не посвящали стихов. «Но разве в этом  суть? Неужели… это уйдет навсегда? …не… повторится?», – сердце девушки наполнилось предсмертным страхом.

***

    Анна попыталась отпереть замок калитки своим ключом, но руки отнимались, не повиновались. "И с перстов моих капала мирра на ручки замка…", – твердила Анна библейское заклинание. Корзина с корнеплодами упала на камни, свекла, редис, несколько картофелин раскатились в разные стороны. За свое безумие она была готова перенести любое наказание, но вместе с тем боялась возмездия. В минувшую ночь Анна прожила тысячи жизней, которые не были ей суждены, она соединила в себе тысячи чужих судеб. Почувствовала, что в эту ночь украла себя у себя самой. О такой ночи странно было бы пожалеть, но странно было бы не чувствовать неотвратимости наказания.


   Ей так не хотелось возвращаться. Она искала разумного объяснения своему проступку – но не находила. Поймет ли матушка настоятельница, может быть, у нее у самой такое было, и Анна будет прощена? Одного ей стало страшно – больше никогда не увидеть своего Джамаля.


   Анна упала к ногам настоятельницы. Девушке было безумно холодно – рассветное солнце еще не поднялось. Ее трясло – но еще больше трясло от страха и от нарастающего в настоятельнице гнева. Так прошло несколько мучительных минут.


   –  Так какая же кара кажется тебе наиболее справедливой? –  в голосе добрейшей старушки впервые для Анны прозвучало металлическое негодование. Морщины на лице настоятельницы заметно дрожали. – Если я прогоню тебя прочь, значит, не накажу тебя, поскольку ты получишь то, чего в тайне желаешь: волю и разврат. Молчи… Я не направлю тебя на  путь греха, потому, что успела полюбила всем материнским сердцем. И материнское сердце требует невероятного искупления. Я помогу тебе избавиться от греха. Ты должна искупить свою страсть. Когда-то я обещала тебе, что буду  заботиться о тебе пуще родной матери, и я сдержу свое обещание. Ради твоего же блага я прикажу, чтобы тебя заточили в подземелье. Раз в сутки тебе будут приносить стакан воды и корку черствого хлеба.  Твое тело должно полностью прогнать из себя прелюбодеяние, оно должно переродиться в покаяние,  и пока полное смирение, истинное, а не ложное, не овладеет тобой, ты не выйдешь из заточения! Даже, если на это понадобятся годы. И пусть часы на нашей колокольне будут стоять до тех пор, пока ты не выпросишь у Господа прощение, у Господа, которого ты предала! Молись, дочь моя, ибо только молитва спасет твое грешное тело. Только молитва узницы, обреченной на смерть, тем более, что даже святые воды Иордана были с тобою заодно!


    – Матушка настоятельница, я не стану просить у Вас помилования, ибо только мой Бог простит мне грехи мои за мои мытарства, –  залепетала Анна. – Матушка, он даровал мне любовь.… Ненадолго, матушка, на одну ночь всего лишь, но… Несмотря на это,  молю у Вас милости дать мне надежду когда-нибудь вернуться в мою келью. Когда-нибудь…Преступница так явственно выделила слово "он", но матушка настоятельница не уловила мысли Анны, кого та имеет в виду – Господа или своего любовника? Анна подняла голову. Девушка едва улыбнулась: то ли покорность судьбе, то ли презрение означала улыбка, точнее, ухмылка. Перед матушкой стоял не подросток, – то была улыбка женщины, тигрицы, источающей прозрачный, ароматный, безумный эрос.  


    – Матушка, Вы знаете? Я хочу Вам сказать еще что-то… –  вдруг радостно воскликнула Анна…– Девушке лишь послышался собственный голос. "Она позвала меня, или я ослышалась?", – настоятельница пристально посмотрела на девушку, сделав взгляд как можно холоднее.


    – Нет, сестра Анна, не желаю слушать больше твое богохульство. Изволь слушаться и следовать за мною. Поверь, дочь моя, что так будет лучше и для тебя, и для прочих сестер, ибо я не хочу, чтобы твой проступок стал дурным примером для остальных, – старушка демонстративно оглянулась, нет ли кого вокруг в столь ранний час. Они были совершенно одни туманным  утром.


    –  Но позвольте мне хоть на секунду вернуться в келью, взять свою Библию и вязание, – взмолилась распутница. Она ничуть не сопротивлялась безумному торжеству справедливости, в какой-то момент ей даже захотелось разозлить свою благодетельницу.


   – Вот тебе Библия, – настоятельница протянула Анне свою книгу. – А вязание.… Это тебе совершенно не нужно. Ничто не должно напоминать тебе о прошлом. В келью тебе не нужно. И закончим на этом.


    Матушка вошла в дубовые двери монастыря, добавив пару невразумительных реплик, не услышанных Анной. Анна засмеялась сквозь слезы, засмеялась зло, остервенело, но настоятельница не услышала смеха. Или сделала вид, что не услышала: старушка предпочитала никому не раскрывать своих догадок.


   Анна ступила на холодные склизкие ступени, ведущие в подземелье. Следом шла настоятельница, освещая дорогу слабым пламенем факела. Шли долго – Анна и не представляла, что у маленького здания может быть такое огромное, уходящее в бездну подземелье. Так дошли до тупика – небольшого темного пространства. Это не была келья, это не была тюремная камера, это не был карцер –  но было безграничное пространство без потолка, пола и стен.


    Девушка бесшумно упала навзничь и так лежала на камнях, не шелохнувшись. Она поняла, что осталась совершенно одна, и даже матушка настоятельница тайно не наблюдает за ней. Каждое утро ей исправно приносили хлеб и питье, но пять или шесть черствых горбушек черного хлеба стали любимым лакомством крыс: давно старожилы подземелья не едали с таким наслаждением.

***

    Затворница боялась заснуть, лишь изредка дрема овладевала ею, но, едва очнувшись, она продолжала твердить псалмы. На самом деле она бредила, это не были слова молитвы, это не были даже "И с перстов моих капала мирра на ручки замка…".


   Рубаи Джамаля не сходили с уст Анны. За пять или шесть дней своего заточения она научилась повторять их без запинки. Матушка настоятельница … Матушка настоятельница не спала пять ночей. Шестая – испепелила ее выдержку. По сетчатке глаз старушки силуэтами, как в театре теней, пробежали эпизоды из жизни девочки, рассказанные и пересказанные долгими холодными вечерами. Не выходил из головы последний разговор с Анной. Звук, похожий на гул ветра в трубе, с возрастающей амплитудой распирал голову женщины. Ей представилось, словно всплыло из небытия юное, лишенное свободы тело Анны: укрытое белым шелком, оно лежало в гробу. Пушистые веки померкли, щеки умершей белее воска. И только в уголках губ тлел огонек чувственности. "Я… Я… нельзя… я должна…", – выдыхала матушка настоятельница, нервно потирая пульсирующие виски. Спешно разбудив нескольких сестер, спящих в соседних кельях, путаясь в мерцании свечей, наступая на полы накинутого впопыхах покрывала, настоятельница спустилась в подземелье.


    Казалось, Анна жива – то неугомонные тени от лунного света, невероятным образом попавшего в подземелье, отплясывали вокруг нее чертовский танец. Девушка спала, завернувшись в пропитанный подземельной влагой плащ. На ее прекрасном лице застыла счастливая улыбка, словно девушка видела прекрасный сон. Настоятельница поняла, что Анна только несколько минут назад в своих видениях соприкоснулась со своей любовью. И страсть, неуходящая страсть, застыла навечно на истерзанных острыми зубами вишневых губах. За головой девушки валялась нераскрытая Библия.


    На седом виске мертвой блудницы, похожая на огромную тень, сидела сытая черная крыса, всем видом демонстрируя, что плевать хотела на внезапно ворвавшуюся процессию. Брызгая ядовитою слюною, крыса, похожая на выжившую из ума послушницу, догрызала горбушку черного хлеба.
 

Написать отзыв:

Ваше имя:
Ваш e-mail:
Пожалуйста, пишите тему Вашего отзыва.
Я буду благодарен Вам за конструктивную критику и добрые пожелания. Указывать имя и электронную почту обязательно. Ваш отзыв из Архива размещается в модерируемой Книге отзывов автоматически
 

Для защиты от спама введите комбинацию, изображенную на картинке:


 
Wordmaker. Вордмейкер - словотворец. Официальный сайт Дмитрия Выхина.
SpyLOG Рейтинг@Mail.ru
Wordmaker. Вордмейкер - словотворец. Официальный сайт Дмитрия Выхина.
Wordmaker. Вордмейкер - словотворец. Официальный сайт Дмитрия Выхина. Wordmaker. Вордмейкер - словотворец. Официальный сайт Дмитрия Выхина. Wordmaker. Вордмейкер - словотворец. Официальный сайт Дмитрия Выхина. Wordmaker. Вордмейкер - словотворец. Официальный сайт Дмитрия Выхина.